Автор: Совсем недавно, в конце августа, в прессе пестрели материалы о 75-летии испытания атомной бомбы на семипалатинском полигоне. 14 сентября ещё одна годовщина этой же серии. Исполняется 70 лет со дня испытания подобной бомбы на Тоцком полигоне.
Это событие не только очередная ступень становления нашего могучего ядерного щита, но и ужас, который коснулся не только поколения наших предков и нас, наших внуков и правнуков – он продлится ещё многие годы.
В ходе тех войсковых учений была взорвана атомная бомба мощностью около 40 килотонн в тротиловом эквиваленте. Она примерно в два раза превосходила своей разрушительной силой каждую из бомб, что американцы в августе 1945-го сбросили на Хиросиму и Нагасаки.
В связи с этим событием вспоминается один эпизод из моей журналисткой практики. Это было в преддверии юбилейного дня Победы 1995 года. Героем моей публикации тогда стал кавалер трёх Орденов Славы, участник победного парада в Москве, почётный гражданин Оренбурга Николай Варфоломеевич Браун. Каким же было моё удивление, когда в ходе беседы выяснилось, что он до ныне никогда не встречался с журналистами!?
Объяснением тому оказалось то, что Герой (полные кавалеры орденов Славы приравнены к Героям СССР) был засекречен как участник войсковых учений на Тоцком полигоне с применением атомной бомбы. Сразу после войны он как-то не попал в поле зрения журналистов, тогда было немало участников войны, по праву овеянных славой и даже легендами!
Как же получилось, что носитель типично арийской фамилии оказался не в трудармии, а на фронте? Дело в том, что по советскому паспорту он украинец, уроженец хутора Воскресенск Кугарчинского района соседнего Башкортостана. Далёкий предок его носил прозвище «Кавун-Бравун». Был он любвеобилен, женщины отвечали, как правило, взаимностью. Так уж получилось, что в его зрелом возрасте детей на одном конце хутора обобщенно прозывали Кавунами, а на другом Бравунами. К последним относился и Николай. Позже их прозвища трансформировались в фамилии. Николаю же не повезло! Какой-то писарь пропустил в его метриках букву «В» в фамилии. Так он стал Брауном! Благо нквдешники скрупулёзно все, что связано с происхождением Николая, перепроверили, и попал он на фронт.
А там всем ли объяснишь, что не немец он. Зло подшучивали: «кому радировать будешь, стрелок-радист, Еве Браун (жене Гитлера) и в кого стрелять будешь? в своих или наших?» Только крепче сжимал в ответ он зубы и яростнее дрался с врагом.
Закончилась война. Наступил сентябрь 54 года с событиями на востоке нашей области, ставшими тайной за семью печатями.
Итак, Николай Варфоломеевич, участник событий 70-летней давности в Тоцке. Причём, далеко не рядовой участник! Он как летчик, стрелок-радист в недалёком военном прошлом, поддерживал связь с командующим учениями маршалом Жуковым. Этой чести он был удостоен не только благодаря своим боевым заслугам, но и великолепно поставленному голосу, которому могли бы позавидовать многие дикторы радио и телевидения.
Докладывать маршалу о происходящем приходилось далеко не только из укрытий. Сразу после взрыва экипажу вертолёта, в котором находился и Николай Варфоломеевич, предстояло пролететь через эпицентр взрыва для сброса зондов, замеряющих уровень радиации и другие метеопараметры. Зонды же сбрасывали в открытую дверь вертолёта…
Некоторые фрагменты этой публикации вошли в книгу Вячеслава Моисеева «Репетиция апокалипсиса», разумеется, со ссылкой на авторство. Эта книга о тоцких событиях создавалась им более полутора десятков лет. Столь длительное время потребовалось на сбор материалов. Многое происходило буквально на моих глазах. Начиналось всё с одноименной публикации в областной молодёжной газете «Комсомольское племя». Это произошло сразу после нашего вступления в эпоху перестройки, гласности, когда пошло рассекречивание документов, связанных с событиями, которые тщательно скрывались.
Да разве можно было скрыть от людей, у которых буквально на глазах раскрывался атомный гриб, следовавший за неимоверно ослепительной вспышкой, затем взрывная волна, сметавшая всё на своём пути.
Разумеется, после той статьи в газете нашлось немало живых свидетелей тех событий, появились новые документы и публикации. Всё это очень пригодилось автору книги при подготовке к печати, а затем и её переизданию.
Кстати, в книгу вошёл и фрагмент воспоминаний моей бабушки Самиги Хамидулловны Ильясовой, опубликованной в моём изложении в той же газете «Комсомольское племя». Она жила тогда в селе Среднеильясово. Известно, что наша западная часть района тогда существенно подверглась последствиям взрыва. В домах из-за сильного толчка земли, вызванного взрывной волной, были частично выбиты окна. А затем, по словам очевидцев, моей бабушки, ещё несколько дней с неба падали куски «прозрачной бумаги». Это был, как потом выяснилось, полиэтилен. Жители села собирали его, чтобы временно, пока не подвезут в сельпо стекло, заделать разбитые оконные проёмы.
Автору книги удалось выяснить, происхождение «полиэтиленопада». Оказалось, что новым тогда, толком не изученным материалом, полиэтиленом, окутали одну из сопок полигона. Выдержит он радиацию и температуру? Оказалось, выдержал. Даже полёт в заоблачную высь с последующим испытанием в качестве материала для законтуривания жилья…
А знал ли кто, что и та «прозрачная бумага», падавшая с неба, несёт смертоносное, невидимое и неосязаемое излучение?
Смертоносное облако от взрыва поднялось более чем на 10 км и пошло на северо-восток. Исследования, проведённые в 90-е годы, показали, что в результате испытания пострадали жители почти пятисот населённых пунктов Бузулукского, Грачёвского, Сорочинского, Тоцкого и других районов Оренбургской области. Свидетели, кому довелось дожить до сегодняшнего дня, говорят о том, что эвакуация и оповещение было довольно избирательным. Те деревни, которые были слишком уж близко от эпицентра – в нескольких километра – эвакуировали. Тем же, кто жил подальше, советовали убрать горючее, пищу подальше и накрыть землёй, а самим лечь в огороде между грядок. Живущих в отдалении вообще не предупреждали ни о чём.
Военные после учений быстро уехали, бросив оплавленную технику. А местные жители вернулись к обычной жизни. Они пользовались привычными водными источниками, вели традиционное сельское хозяйство. Снесённые взрывом деревья пустили на дрова. Вскоре закрытый полигон стал доступен, и местные стали ходить туда в поисках нужных в хозяйстве «железок». Они не знали ничего о незримой опасности, и никто их не предупреждал. И вдруг, вроде бы ни с того ни с сего люди начали умирать.
Книга Мосеева достойна широкого внимания. Сразу после появления книги мне уже доводилась рассказывать на страницах «Красногвардейца» об этом издании. Именно в ней впервые достоверно было рассказано о том, что же произошло 14 сентября 1954 года на Тоцком полигоне.
Тридцать лет назад мне, редактору телекомпании «Регион», вместе с Вячеславом Моисеевым, тогда главным редактором областной газеты «Оренбуржье», довелось побывать на сорокалетии со дня испытания атомной бомбы на месте эпицентра взрыва, это примерно в 20-ти километрах от села Тоцкое. Тогда состоялось открытие мемориального знака – монумента-колокола. Он выполнен в виде трёх соединяющихся высоких стальных арок серебристо-серого цвета, над ними – сверкающий шар, ощетинившийся серебристыми металлическими лучами. В каждой арке – колокол золотистого цвета.
Величием и скорбью было наполнено это мероприятие, собравшее сюда со всех концов нашей необъятной страны многие сотни людей, участников и свидетелей событий тех дней, наполненных страхом и ужасом от неизвестности и непредсказуемости будущего после свершившегося. Много было представителей прессы не только нашей области, но и наших столиц, соседних регионов, заграничья. Запомнились встречи с коллегами, новые знакомства. С особым теплом вспоминаю встречи с журналистами-земляками – Борисом Владимировичем Левшиным, редактором «Красногвардейца», и Петром Гергардовичем Варкентином, редактором газеты «Призыв» соседнего Грачёвского района.
До сих пор в памяти детали того открытия мемориала – звон колоколов, звуки салюта артиллерии и слова, отлитые на стальной плите у основания арок монумента: «Зову живых, оплакиваю мёртвых».
Ахмет Камов, с. Плешаново.
Фото предоставлены автором статьи.
