Конец шестидесятых… в системе образования – пять начальных классов вместе с «нулевым» – нашей первой учительницей стала Лидия Францевна Креккер

С тех пор прошло более полувека

Осень! У многих из нас в это время года обостряется мироощущение, окружающее видится в ином цвете, в настроении возникают ностальгические нотки.

Эта примета особо характерно прослеживается в поэзии. Как при этом не вспомнить бессмертные строки:

Унылая пора! Очей очарованье!

Приятна мне твоя прощальная краса…

Зримо воспевают осень и другие авторы, современные. К примеру, яркий след во мне оставили вот эти слова:

Как много красок в сентябре!

Переливается в окне

Цветной узор, как на ковре,

В лучах из листьев на траве…

Лично мне в эту пору нередко приходят поэтические строки из малоизвестной, к сожалению, в наше время детской песни о Скворушке:

Осень-непогодушка,

Тополь пожелтел.

Вдруг на ветке Скворушка

Песенку запел.

Почему именно эти строки? Именно об этом я и расскажу.

Конец шестидесятых. В системе образования тогда было пять начальных классов вместе с «нулевым» или подготовительным. Нашей первой учительницей стала Лидия Францевна Креккер. С тех пор прошло более полувека. Но, тем не менее, всё детально сохранилось в памяти. И парты, подобные тем, за которыми сидел в своё время Володя Ульянов, и чернильницы-непроливайки, и перьевые ручки, и тетрадки с промокашками. Запомнилась даже медная ручка с завитком на двери нашей классной комнаты. Около доски рукомойник, рядом бак с питьевой водой и алюминиевой кружкой. Круглая печка, обшитая жестью. Из наглядных пособий – разнообразие плакатов. Самое «крутое» пособие – массивные напольные счёты с деревянными костяшками.

Школа находилась тогда в центре села, рядом с правлением колхоза, сельпо и больницей. Ныне это старое Плешаново.

С Лидией Францевной я был знаком ещё до начала поступления в «нулевой» класс. Она была первой учительницей и у моей сестры Альфии. Кстати, и у её подружки Наташи Дик, сидевшей за одной партой, младший брат Женя оказался моим одноклассником и тоже соседом по парте. В числе наших одноклассников оказались Маша Нахтигал и Яша Классен. Их сёстры, обе Лены, также были, как и наши сестры, воспитанниками Лидии Францевны.

Тут, пусть и забегая вперёд, надо заметить, что Лидии Францевне повезло с подобной преемственностью ещё больше при следующем наборе подготовишек. У нее оказались братишки и сестрёнки наших одноклассников Саши Долгова, Пети Кирша, Жени Шилке, Вити Наумова, Саши Чернышёва, Ольги Зиберт…

Такая преемственность – нередкое явление в сельской местности, где семьи, как правило, многодетные. Это, безусловно, в какой-то мере упрощало работу педагога – контакт с родителями уже налажен, у младших характер почти всегда схож с характерами, привычками и наклонностями старших. Тем не менее, Лидия Францевна относилась ко всем ровно, одинаково, у неё не могло быть любимчиков. В каждом она умела увидеть какие-то природные задатки. Меня, к примеру, она порекомендовала на классном собрании выбрать ответственным за выпуск стенгазеты. Не ошиблась – ведь вся жизнь моя оказалась связанной с журналистикой.

Школьная программа в то время была не столь насыщенной. Всё необходимое по программе усваивали быстро. Конечно же, оставалось много времени. Лидия Францевна это время использовала для чтения нам интересных книг. Так у многих моих одноклассников появилась тяга к литературе, чтению. Нынешняя школьная программа не дает такой широкой роскоши как ознакомление с книжными новинками. Однако совершенству и насыщенности современной учебной программы нужно только радоваться. Пусть не знают наши дети и внуки, кто такой Филиппок (при всём моем глубоком уважении к Толстому), пишут гелевыми ручками, овладевают искусственным интеллектом. Как это не странно, мне особо запомнились уроки пения. Нет, я вовсе не одарён в музыке. Скорее наоборот. Медведи хорошо, с пристрастием потоптались на моих ушах. Мне искренне нравился голос Лидии Францевны. Грустная песня о Скворушке из её репертуара. Эту песню мы разучивали одной из первых. Потом были ещё немало задушевных и патриотических песен. К примеру, «То берёзка, то рябина». Именно эти песни взращивали в нас семена любви к природе нашей родины, к родному дому семье и соотечественникам.

Учёба в начальных классах запомнилась не только стенами школы. Были увлекательные походы, мы собирали лом и макулатуру, празднично одетыми встречали даты, среди которых и Первомай, и 7 ноября.

В истории школы, ныне это школа №1, Лидия Францевна впервые упоминается в1946 году. Тогда и начиналась её трудовая деятельность. Стало быть, мы были у нее шестым выпуском 1976 года.

С особой теплотой вспоминает о Лидии Францевне её ближайшая коллега, ветеран педагогического труда Элла Ивановна Унру, в прошлом так же учитель начальных классов:

– Первыми учителями в Плешаново были Андрей Андреевич и Екатерина Петровна Реймеры. А вот Лидию Францевну без преувеличений можно считать во всём достойной их продолжательницей в деле образования. Она всегда была аккуратно, красиво и изыскано одета. Её отличала высокая ответственность, с неё брали пример.

Лично у меня с ней были очень доверительные отношения. И это несмотря на то, что мы всегда соперничали в успеваемости, внеклассной работе, так как у меня также были начальные классы. Она прекрасно пела, всегда принимала участие в художественной самодеятельности.

Лидия Францевна и большая часть одноклассников уже много лет живут в Германии. Они нередко встречаются. Об одной такой встрече довелось писать по рассказам одноклассников в региональной вкладке Российской газеты. Та встреча была связана с тридцатилетием нашего выпуска. Казалось, было это совсем недавно. А ведь совсем скоро грядет и полувековой юбилей! Трудно загадывать, но очень хотелось бы дату эту встретить всей нашей большой классной семьёй и непременно с нашей первой учительницей. Было бы, о чём вспомнить, что рассказать о себе, узнать о других.

Очень может быть вспомнили бы и песню из далёкого детства:

Где ты солнце вешнее,

Ясный небосвод?

Над пустой скворечнею

Скворушка поёт.

Ахмет Калмантаев,

с. Плешаново

Фото из архива Эллы Унру.

На снимке  крайняя справа в 1 ряду Л.Ф. Креккер